Идеи и Формы. Ставка

Игорь Галеев

Радостный Суд

Сокил 5 (3)

 

 

 

Моя пещера была хранилищем тысяч редких вещей и произведений. Можно сказать, исчезнувших с лица Земли. Здесь были шедевры живописи и скульптуры, манускрипты и книги, безделицы и вещи, которых нет во всех музеях мира. Что-то я выкрал, что-то спас. Но всё это помогало мне восстанавливать магические приёмы воли и питало мой мозг памятью о мастерах и творцах.
Гивми днями бродил по залам и рассматривал то, что никто не видел. И при этом не благодарил меня! Я готов был разрыдаться от такой несправедливости.
В пещере день ото дня возрастало напряжение. Я готовился отразить любое суждение, направленное против моего образа и способа жизни. Я подарил ему память, словно на блюдечке, я послужил ему мостом, а он смотрит на мои подвиги сквозь пальцы.
- Да на моей стороне все женщины! – заорал я однажды, когда он рассматривал неизвестное творение Леонардо. – Если какая-нибудь из них поймёт суть нашего разногласия, то она встанет на мою сторону!
- Вот именно – если она поймёт. Мы с тобой не одно существо и не два отдельных. Каждый из нас может быть тысячью и мгновенно одним. А ты хочешь быть только памятливым и трепетным самцом. Ты струсил, когда Жак решился нажать на кнопку.
- Но я не препятствовал этому, хотя мог.
- Но ты струсил, и сбежал из Дома.
- Я остался встретить вас.
- Ты возвышаешь свои возможности. Я был в пустыне твоего брошенного плазменного состояния и Лика. Там именно пустыня, в которой появился только стул. Ты знаешь, из чего был сделан тот стул?
- Из тебя.
- Нет, мой дорогой. Из Дороти. А уже Дороти – это древнее образование от тебя и меня.
Я был потрясён.
- Даже истинная жертва, - сказал Гивми, - не поднимается выше того, чем она может быть. Но Дороти хотя бы принесла себя в жертву, хотя не соответствовала тому уровню, на который претендовала. А ты кричишь о жертвенности, хотя у тебя есть забытый тобою мир. А ты кичишься тем, что всё помнишь. Ты помнишь мусор.
- Я не верю, что Дороти стала стулом! А куда делась Полина?
И только тут я узнал, какого чёрта Гивми ходил в хламиде и бережно стирал её.
- Она стала этим халатом? – мне сделалось жутко. – И после этого ты упрекаешь меня в нежелании посещать то, где можно стать предметом обихода?
- По-моему, ты так ни черта и не понял, - Гивми вновь замолчал и ещё неделю бродил по залам, листая манускрипты.

 

 

Оставить комментарий

Ваше имя

Ваше сообщение

Ответьте на вопрос (анти-спам):

Бард «Владимир Семенович...»:

Комментарии публикуются после одобрения модератором(администратором)
Новые публикации
Принципы творческого своеволия: Ученик и Сочинитель - шаманы (у)
это психологическая мания, ложная устремлённость, проистекающая из "непреображённого" тщеславия воль
Женщина без запаха: калейдоскоп любви 10
она ему подставляла трепетное лоно все эти три года только ради мести
Правдули: Гормон дурости
Пожили и выжили, дескать, уважайте нашу старость
Слово о Вечности: Межполовой блуд (мишки и марины) 8
Но у женщины есть ещё и верх, нечто выше брюха. 
Правдули: Надпись на небе
Не ходи к ростовщикам, всё это иорданские ловушки!
Новые комментарии
ИГо написал(а): Сто выпрашивает у меня имя 101, но я непреклонен. Я не торгую блатными цифрами и номерами :-)
ИГо написал(а): Да, йог ;-)
Новое фото
Новое фото А кораблик плывёт (к Феллини)
Новые сообщения
о любви
Сердце со стоном
Женские мечты и гримасы
Дьявольский брак
Дефки в советском и российском роке
История Маши Макаровой началась в Краснодаре. Там она родилась и там же в 90-х труди