Идеи и Формы. Ставка

Vladimir Бабичев

Откуда есть не пошел психоанализ

Откуда есть не пошел психоанализ 5

 

В этом ключе сюжет обретает мифологический смысл: кровь

праведного Авеля должна пролиться, и вскрыть в ней смысловой знак

«знамения». В носительнице «дыхания жизни», в крови Авеля, есть дух,

«устами земли отверзнутый», «вопиющий к небу». А значит, Каин, семя,

повторяющее Авеля, «знамением» не награждается: оно ему прирожденно.

Каин и Авель – «человеки от Господа», от «семени» Отца – сыны в

человеках. Семя не отличить от семени в посеве под «знамением» неба. И

компонента крови Каина с «знамением» духа неба «отторгается от земли».

Каин, проливая кровь брата, свою теряет, лишает себя «дыхания

(«Авель») жизни». Готовность Каина уйти в смерть – «плач» («Авель»)

«призрением Господа Бога» не удостоенного: я всего лишь «семя», так я

найду бессмертие в перерождении «семени, сеющим семя».

Невропатия гонит Каина в залог спасительного становления под знаком

Иеговы. Как Эдипа. «Знамение» приходит к Каину в подсказке бытия: дитя

мое, в сей миг и час ты остаешься «в начале» рождающегося мира, все еще

пребываешь в своем самозачатии, в «семени» со «знамением» неба.

Сыны Евы от небом «положенного ей семени» обнажают смысл бытия

«человеков от Господа»: падение в землю «семени» («Каин») порождает

«основу» («Сиф») «поучительного» («Енох») и спасительного шага

существования. Скажем еще раз: подсознание невропата мудро направляет

его в зону реанимации. В залог спасительного рождения-становления «в

начале». В повтор акта зарождения мира сущностей.

Охранную грамоту жизни человекам приносит сознание. Спасительный

приговор дарует кредо бытия. Невропат Ламех, потомок Каина, осознанно

оценивает несомый им заряд эволюции на порядок выше уровня прадеда:

«семерка» в его охранном «знамении» возрастает «семьдесят раз всемеро».

В этом размере вознеслась сила творческой энергии Иавала, Иувала,

потомков Каина, в искусствах и ремеслах. Разум в «семени» Каина дает

взрасти в «Енохе» плоду «поучительства». Опыту людского сознания,

сознанием бытия принимаемого. Другого повода забрать мудрого Еноха на

небо у Иеговы нет.

В четвертой главе Бытия «Бог Всемогущий» отыскивается в припеке

сбоку. По мысли Моисея, дух открывает душу не верою в бога, а на пути к

истине о связи бытия и персоны. Человек разумный привязывает себя к миру,

видит в себе божественно изумительную частицу космоса.

В тексте Бытия следует видеть чистую мифологию. Ну а миф есть миф,

побасенки этого жанра, хоть осыпь их звездами из глаз гениального Канта,

останутся носителями духа язычества. Даже в единобожии.

Давно признано, в богах язычества следует находить проекцию, «тень,

сторону» их земной жизни в человеках. И наоборот, существование землян в

своем «жизнетворении» («ребре») «сотворило» «стороны, тени» («ребра»),

какие на тверди неба становились знаками-богами земного бытия.

В тексте Моисея статус «дающего становиться» сущностью бытия

выполняет ту же роль. И в Бытии Иегова остается знаком становления

сознания объекта бытия, и символом связи этого объекта с его «тенью,

стороной» – небесным образом объекта-субъекта бытия. Это теза эпизода с

резекцией «ребра» Адама, существа в «имени», вошедшем в «одного из Нас».

Смысл жертвенного дара в поганом язычестве и в веровании

единобожию остается неизменным, тем более, и в пору поклонения

человеков языческим богам миром правил все тот же Иегова. Поверившие в

поганых богов жертвы подносили единобожию – «образу Сущего», «живому

Образу» существования – сфинксу. Но в жизни во плоти праха сфинкс –

живой образ человека. Хоть в облике Эдипа, хоть – Каина, пожирателей

кровных родственников.

Человеки отродясь, преклонялись перед идей «становления» жизни,

перед разумом, свободой и волей, «душе дающими стать живой» в

единственно возможной форме бытия: существованием «назвать» себя,

стать сущностью в плоти «добра и зла». Поклонялись «Образу жизни» в ее

живом самоснедании. И находили себя подобием «живого Образа» и живым

жертвенным подношением «богу Живому». Живой сфинкс в облике Эдипа,

Каина «становился» (Адам стал! ипостасью небесного Образа) проекцией,

«подобием» «образа Живого» – сфинксом, поглощающим становление

«живой души».

Шестая глава Исхода: «Я Господь. Являлся Я Аврааму, Исааку, Иакову

с именем «Бог Всемогущий», а с именем Моим «Иегова» не открылся им»

(курсив – Исх 6, 2-3). Первые главы Бытия «открывают» Имя сущего – в имя

«Бога Всемогущего» Иегова вгоняет гвоздь истины: в свободе, разуме и воле

бытия «Я Господь» всему «даю стать», точнее сказать, «не возбраняю стать

самостью».

Итак, комплекс Эдипа-Каина задается (кем, чем?) проблемой

осознанного восприятия бытия. Невроз – прикровенное приглашение (от

кого?) принять существование с «открытыми глазами» – войти в бытие «в

начале». В сакраментальном «где ты?» (кто вопрошает?) уловить

предложение найти себя в неизбывном становлении мира. В загадке его

возникновения, в тотальной для всех «живых душ» мистической идее

самозачатия?

Очевидно, сознание бытия открыто для всякой «живой души» в

очередном шаге ее становления. Но даже с «самым хитрым среди зверей»

мышление бытия не заговаривает: змей «называет» себя неосознанно. Адам

самоименуется. Получает прописку в Слове, в мышлении бытиия в качестве

«одного из Нас». И бытие, можно сказать устами Адама, задает коварный

вопрос: кто ты есть в бытии, как связан с ним? Диалог сознания разумно

мыслящего с разумномыслием, породившим сознание первочеловека,

возникает внутри потребности «назваться» сполна, получить право

существовать в «открытых глазах» бытия, в его «знании» «знать» себя самое.

В самом деле, самосознанию пристало вопросить: плоть, что носит меня, и я,

«тень» плоти, откуда мы взялись? Само собой, ответ следует искать в

способе, форме существования среды обитания.

В архетипах-комплексах мифов отцы психоанализа умудрились не

увидеть симптоматику невроза «живой души», удосужились не признать их

символикой, отсылающей читателя, живого субъекта бытия, обладателя

самосознания, в предсознание, в сферу скрытого разумномыслия бытия. В

атмосферу здравого, спасительного существования мира и героя мифа.

От века мифология духовно обращена к живущим, невольно

приглашает персонажа живого бытия, читателя, совместиться с героем

сказания в одно психологическое, тире, мифическое переживание, в одно

целостное восприятие мира и себя, его частицы. В состоянии сомнения и

самоутверждения, болестном и здоровом, в реальном и мнимом, словом, в

готовности совместить себя с «тенью, стороной» бытия.

Правомерность диалогизированного монолога несомненна: герой мифа

остался в «дыхании жизни», в тотальном – в одном для всех «живых душ»

предсознании (по Юнгу, в коллективном бессознательном). Основательность

такого диалога очевидна. Скажем еще раз, миф повествует о герое, каком-

нибудь Адаме, самосознание какого еще лишь зреет в утробе предсознания

бытия. И значит, миф, приглашая иного Густава, Карла, Зигу к погружению в

контент сказа, к разговору с его героем, позволит обнажить глубину

персонального разумномыслия, с каким Фрейд и Юнг вошли в бытие сейчас,

здесь. Будто бы проснувшись. В прозревшем Адаме.

Юнг вслед Фрейду в основу психологии положил легализацию диалога

сознания и подсознания носителя самосознания. К удивлению, в попытку

понять механизм невропатического процесса ни Фрейд, ни Юнг не вложили

возможный разговор «по душам» между человеком реальным и мнимым в их

одной духовной институции. В скрытом интеллекте мифа.

Мэтры учения о бессознательном как основе жизни людской психеи,

упустили из вида очевидное обстоятельство его работы: вспышку

«открывшего глаза» сознания можно принимать за продолжение сюжета

сновидения, начатого в «наваждении» (вторая глава Бытия) Адама-Евы,

Эдипа. Ведь пробудившись, состояние сна герои мифа не покидают. Значит,

ныне здравствующий, скажем, Зиги началом своего существования вполне

резонно может находить в сновидческом сюжете своей жизни в роли Адама

до его прозрения. И естественно, с высот коллективного сознания уяснить,

почему тварное создание до «грехопадения» удостаивает себя «райского»

существования, а после «пробуждения» в том же бытии охватывается

смятением, и гонит себя в смерть. Естественно, понять, почему несчастье-

счастье существования в ипостасях сознания можно признать счастьем жить.

В связи-разрыве сторон сознания находя обмен мнениями.

-Эдип, брат мой, по замыслу мифологического рассказа ты исполняешь

роль объекта бытия, еще не «открывшего глаза» на связь с миром. Не

откладывай момент прозрения на время попадания в Колонну, входи в

самосознание субъекта бытия сейчас. Ибо смысл рассказа о твоей судьбе

сводится призыву войти в идею твоего существования.

-Умнеющий, брат мой, сомнамбулой со мной, «тенью, стороной» во

мне живущий, согласись, ты природнился мне, поскольку неосознанно

«стал», состоялся в истоках разума, свободы и воли бытия, «в начале», в

единстве места, времени и действа зарождения вместе со мною мира. Жизнь

твоя, войдя в мистику моего бытия, обретает смысл. Народившись вместе с

миром в сингулярном мгновении «в начале», ты причащаешься вечности.

Постигаешь идею мира существовать спасительно – вспыхивать в квантах

времени. Смертный мир не умирает, и ты в идее самозачатия в своем «в

начале» приходишь в бытие отпечатком вечности. В этом мире нет иного

способа существовать истинно.

Мистик Юнг не заметил совпадения в сказах Моисея и Софокла. В

Бытии действие не выходит из «в начале», в «Эдипе» – разворачивается и

завершается в зачине. Мистику возникновения и существования мира

«душа», «открыв глаза» сознания, не находит заморочкой бытия, напротив,

разрешением принять свободу, разум и волю среды существования за

ипостаси внутренней потребности жить, признать роскошным даром бытия.

Накропалось резюме.

Залетевшим в бытие всем видам моли некому одобрительно в ладоши

хлопать, бис и браво восклицать, сколь бы «живая душа» не фордыбачилась

подобием богу, тешилась бессмертием, чванилась разумномыслием,

забавлялась психоанализом... Разумно мыслящему виду моли дано понять: ее

жизнь сводится к существование «здесь и сейчас». Залет в мир она может

находить мигом счастливого прикосновения к вечности. Мыслишка о

бесцельности такого визита в бытие крайне цинична – содержит

беспардонный упрек существованию мира в свободе, разуме и воле

становления, даруя всему живому «путь» в себя, в мысль-замысел о себе.

В судьбе людской нет тени приговора: сам, человече, завел себя в

свободу существования, горько каяться по этому поводу, из жалости к себе

впадать в невроз – следствие убогости твоего мышления. Восхищайся собою,

в мужестве мышления находи себя мыслью бытия – останавливай каждое

мгновение своей жизни. Перед истиной не погрешишь.

 

Оставить комментарий

Ваше имя

Ваше сообщение

Ответьте на вопрос (анти-спам):

Песня «Как прекрасен этот...»:

Комментарии публикуются после одобрения модератором(администратором)
Новые публикации
Слово о Вечности: Удовлетворение женщины - 8
Кто сказал, что одиночество – это страдание?
Радостный Суд: Сокил 5 (10)
. Мир должен быть преступным – чтобы он был лабиринтом
Принципы творческого своеволия: Ученик и Сочинитель - Авторы (в)
в Океане сверхсознания может "дышать'' только мыслеобразная сущность
Слово о Вечности: Удовлетворение женщины - 7
Знаешь, кому многое не прощается? 
Техно и Николь
мои друзья теперь
Новые комментарии
Митра написал(а): Про пятого Игрока клёво! ::!!::
ИГо написал(а): "Некоторая смесь"... Не, мы такими смесями не занимаемся. Эта в вас всплыли эти "смеси"... :sm7 Мы сейчас занимаемся цементно-клеевыми смесями -
Марворид написал(а): Некоторая смесь оккультизма a-la каббалистика, кантианства, индуизма и учения о ноосфере по Вернадскому. На любом срезе бытия, которое, в принципе, мн
Новое фото
Новое фото Дух осени
Новые сообщения
Фразы-настроения
как поживаешь, корявенькая, седеющая?
IV. Братишкины стихи. ОБРАЗ
Хорошо подметили! Действительно - психологическая заноза. Я вообще напуган женщи
Одиночество
Женское ОДИНОЧЕСТВО. Так не должно быть…Вчера выписали мою племянницу из роддома
Хозяева океанов
Косатки – смертельная угроза для больших белых акул!Большая белая акула, пожалуй,
памятки для ДАО
3 н. поступок: Я так и не могу однозначно сказать - что это? - внушаемость на анти вз